 |
ЛИЧНОЕ ПОРУЧЕНИЕ ПРЕЗИДЕНТА
Неделю назад завершился III Медиафорум региональных и местных средств массовой информации «Правда и справедливость». Кульминацией форума стала встреча с президентом России Владимиром Путиным.
Участниками было поставлено немало проблем, и глава государства дал обещание разобраться по каждой из них. Об одной из проблем рассказал Аликбер Абдулгамидов, журналист, член регионального штаба Общероссийского народного фронта, победитель конкурса «Право и справедливость».
Школа в Магарамкентском районе
«В Дагестане более 1 600 школ, из них только 40 процентов находится в типовых зданиях, остальные – это приспособленные здания, которые нуждаются в капитальном ремонте, – рассказал Алик Абдулгамидов. – Но находятся патриоты, люди состоятельные, которые берутся строить школы за свой счет, и они сталкиваются с серьезными проблемами. Один из таких людей обратился ко мне как к члену штаба: он взялся строить за свой счет в сельской местности две школы, рассчитывал, что за одну школу получит господдержку, а другую он подарит муниципалитету».
Как только был заложен фундамент, как на мед налетели «пчелы» – проверяющие. Только за два года с проверками пришли 19 различных структур – от Счетной палаты до ОБЭП. Работа строительно-монтажного управления была парализована, пришлось почти 80 процентов сотрудников уволить. «Так в регионах реализуется частно-государственное партнерство. Какие меры на федеральном уровне принимаются, чтобы борьба с коррупцией не превратилась в доходный бизнес?» – задал свой вопрос президенту России журналист из Дагестана.
«Проблема недостатка школьных зданий, сооружений известна. В таких республиках как Дагестан, где очень высокий уровень рождаемости, наиболее остро стоят вопросы, связанные со школьными зданиями и сооружениями. И сейчас мы тоже думаем, несмотря на все бюджетные ограничения, что можно сделать для того, чтобы вот эти демографические проблемы и демографические скачки нивелировать и чтобы они не отражались на качестве подготовки школьников. В Дагестане, к сожалению, это тоже известно, ряд школ, много школ работает даже в три смены – не в две, а в три, – ответил Владимир Владимирович. – Будем вместе с руководством Дагестана добиваться того, чтобы эту остроту хотя бы в ближайшее время снять».
Была ли твердая команда?
По поводу частно-государственного партнерства президент России ответил, что этот не так давно созданный механизм приживается с трудом, все сразу начинают искать нарушения, и рвение проверяющих организаций часто не удается сдерживать. «Мы каждый год принимаем решения, связанные с созданием более благоприятного делового климата в стране, в том числе связанного с избыточными функциями контрольных органов и организаций.
В очередной раз – я совсем недавно встречался с бизнес-сообществом – тоже говорили об этом. Сейчас не буду говорить о целом наборе мер, которые предполагается внедрить дополнительно, для того чтобы ограничить аппетит проверяющих. В то же время, мы с вами и это понимаем, деятельность, особенно в области школьного образования, всего, что связано с детством, должна находиться под известным контролем со стороны государства, – отметил Владимир Путин. – Обещаю вам, что с руководителем республики я переговорю на этот счет. Уверен, что он человек опытный, сам в недавнем прошлом преподаватель высшей школы, разберется. И думаю, что мы эту конкретную проблему закроем».
Встречи президента России с бизнес-сообществом происходят регулярно. На каждой из них глава государства заявляет о том, чтобы правоохранительные органы «перестали кошмарить бизнес», чтобы дали предпринимателям спокойно работать, перестали разрушать бизнес тех, кто занимается реальным производством. Но, видимо, «твердой командой» эти заявления не являются, и каждый раз дают обратный эффект – количество проверок на одного бизнесмена, как и проверяющих структур, возрастает, количество уголовных дел на бизнесменов растет в разы, растет и число разорившихся предпринимателей.
Призывы руководства страны уменьшить налоговое бремя вызывают точно такую же, обратную, реакцию – то увеличивают отчисления во внебюджетные фонды, то – расчетные коэффициенты для малых предприятий и предпринимателей, работающих по патентной системе, увеличивается количество документов и отчетов, которые необходимо сдавать в налоговые органы и пенсионный фонд, и усложняются формы самих документов.
История новой России знает только один случай, когда ее президент дал «твердую команду» – в феврале 2003 года указом главы государства была закрыта Налоговая полиция, сделавшая очень многое для того, чтобы бизнес в нашей стране не развивался, для того, чтобы разорились многие и многие предприниматели. Пора, наверное, сегодня радикально сократить число проверяющих структур, которые гуськом идут друг за другом на предприятия, запрашивая одни и те же документы, требуя одни и те же отчеты. Всем известно, что цель таких проверок – не устранить недостатки, не помочь в наведении порядка, а найти нарушение и получить мзду за его прикрытие, «унести что-нибудь в клюве».
Школы-погорельцы
В Дагестане строительством одной-двух новых школ проблем с нехваткой ученических мест не решить. Но есть проблемы, требующие незамедлительного решения, – в нескольких селах Дагестана школы сгорели, и детям попросту негде учиться. Например, ученики школы селения Шаласи Дахадаевского района, сгоревшей в конце 2011 года в результате поджога, 5-й год учатся в 4-х кабинетах фельдшерского амбулаторного пункта, потеснив врачей. Жители растущего селения не раз обращались во всевозможные инстанции, но и сегодня строительство новой школы даже не включено в план на ближайшие годы.
Ученица седьмого класса Шаласинской средней школы Курбанова Аминат в конце 2012 года написала письмо тому, кто может решить все – президенту России:
«Здравствуйте, уважаемый президент Владимир Владимирович Путин! С наступающим Новым годом!
Скоро Новый год, и я загадала желание, чтобы в следующем году я училась в новой школе. Прошел год, как сгорела наша сельская школа, и мы учимся в здании больницы. Нам все время обещали построить новую школу, прошел год, но даже не начали строить. Нам здесь тесно, неуютно, занимаемся в две смены, я не вижу своих друзей, нет возможности заниматься в кружках. Учителя уходят, потому что не хотят работать в таких условиях. Они мерзнут без учительской, сидят в коридоре. Мне с друзьями негде поиграть во время перемены. Сидим мы в больничных палатах. Я вижу, как трудно учителям, потому что моя мама тоже учительница. Она уже давно болеет, но нет времени лечиться. У нас до пожара очень часто были праздники, а сейчас их негде проводить. До сих пор верю, что под Новый год чудеса сбываются. Надеюсь, Вы прочитаете мое письмо и построите нам новую школу. Вы же все можете».
Издревле российский народ верит, что глава государства – Князь Московский, Император всея Руси, Первый секретарь ЦК КПСС, президент России – не знает о том, что происходит в стране, о бедах и проблемах ее жителей, что помощники доносят искаженную информацию: «Вот узнает президент – разберется во всем, поможет нам и накажет виновных!»
Не узнал президент об этой проблеме, не дошло до Владимира Путина письмо маленькой Аминат из селения Шаласи. Ответ пришел из департамента письменных обращений граждан и организаций в Правительство Республики Дагестан: «…просим в течение 15 дней представить информационную справку по вопросу, поставленному в обращении, для подготовки ответа автору обращения».
Тем, кто готовил этот ответ, невдомек, что автору обращения, его однокашникам и ученикам нескольких школ Дагестана, уничтоженных пожарами, нужны не информационные справки, а новые школы…
Должен работать закон
Вывод, к которому приводят результаты медиафорума «Право и справедливость» – решить твою серьезную проблему можно только в том случае, если попадешь на встречу с президентом Российской Федерации и лично задашь ему вопрос. Владимир Путин будет решать твой вопрос лично, потому что чиновники и министры нуждаются в личном поручении президента, причем очень даже возможно, что им нужна его «твердая команда»… Главный страх российских чиновников – заслужить недовольство главы государства. Недовольство жителей страны – это давно привычный фон. Ситуация в регионах и на местах ничем не лучше. Областные и республиканские чиновники боятся только своих губернаторов и глав республик. Районные – глав районов.
Реальность такова, что сегодня чиновники всех уровней заняты не исполнением своих обязанностей, не работой в соответствии со своими полномочиями и законом, а тем, чтобы добиться довольства своего прямого начальника – руководителя Управления, министра, главы региона, президента России. Главное – красиво и вовремя отчитаться на бумаге. Бумага, как известно, терпит все – и придуманные цифры, и нарисованные отчеты. А в это же время повсеместно ущемляются интересы тех, кто работает и пытается заработать своим трудом.
Были в Дагестане и люди, которые ставили во главу угла исполнение закона, в результате чего к ним применялись репрессии, напоминающие 37-й год. В феврале 1970 года Председатель Верховного суда Дагестанской АССР Али Аливердиев на Секретариате ЦК КПСС высказал критические замечания в адрес комиссии ЦК за необъективную оценку деятельности правоохранительных органов Дагестана. Свое выступление он завершил словами: «Суд при определении меры наказания подчиняется только закону и больше никому». Это выступление обошлось ему очень дорого – исключение из Коммунистической партии, лишение свободы, но это уже другая история…
Контактное лицо: Исполком ОНФ (написать письмо автору)
Компания: Региональное отделение ОНФ в Республике Дагестан (все новости этой организации)
Добавлен: 09:38, 23.04.2016
Количество просмотров: 749
Страна: Россия
|
|
